08.05.2012

Письмо краснофлотцу Ивану Клопотенко

Мороз по коже...
В Киев, в Национальный музей истории Великой Отечественной войны из Австрии вернули 1208 писем, захваченных немцами в июне 1941 года в Каменецк-Подольске.
Немцы аккуратно грабили все, ограбили и почту. Письма до адресатов не дошли.
Чужие письма-то зачем понадобились? Доктор Ольшлегер, который занимался отправкой корреспонденции в 1942 году в Австрию, цинично пояснил: «Эта коллекция дает картину настроения советского народа в начале войны».
«Настроение» 70 лет пролежало в чужих фондах.
Вернули коллекцию писем в 2010 году. Конверты всех писем оцифрованы, ждут получателей...
Научный коллектив Мемориала продолжает исследование этой коллекции и просит откликнуться адресатов, адресантов, родных, близких, знакомых, всех, кто может пролить свет на их судьбы: «Пусть хоть и через 70 лет, но эти письма должны найти своих адресатов».
Сообщается, что музей готов вернуть письма родственникам — отправителей или адресатов.
Одно из писем — в Полярное, краснофлотцу Ивану Ивановичу Клопотенко, с родины — из села Смеля Киевской области, «от Клопотенкових».
Другое — в «Мурманск, Пригородный, 24-5», Дысляченко Арсентию.
Ау, музейщики-краеведы! Письма еще не прочитаны...


Читать

07.05.2012

46 «похоронок» на Опимахов

Зайдите на сайт «Мемориал». Накануне Дня Победы — самое время.
Это банк данных с информацией о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период.
Есть еще списки — героев, раненных, выживших, отвоевавших и вернувшихся.
Но все же наберите свою фамилию в списке потерь...

Я набрал «Опимах». Фамилия вообще редкая. Но не на этом сайте.
Погибло, пропало без вести 46 Опимахов — из Украины, Белоруссии, Сумской, Полтавской, Краснодарской, Чкаловской областей, Приморского края.
Все — из деревень и станиц, и поэтому почти все рядовые. Есть в списках лейтенант-летчик — Опимах Захарий Михайлович, погиб в бою 16 августа 1943 года, младший лейтенант Опимах Петр Иванович, комвзвода 131 стр. полка 719 стр. дивизии, умер от ран 29.08.43 г. Есть флотский старшина Опимах Николай Никитович, 1902 г.р., погиб 01.03.1943.
Больше всего «похоронок» на Опимахов — 14! — пришло в Бурыньский район Сумской области Украины.
Счет потерь начался в июне 1941 г. — пропал без вести лейтенант Опимах Петр Зиновьевич, командир взвода 29 отдельного разведывательного батальона.
Самый старший из Опимахов — Павло Евграфович, 1900 г. р., пропал без вести в 1944 году.
Самый молодой, 18-летний рядовой Опимах Василий Васильевич, пропал без вести в 1945 году.
Этот Опимах — из моей дальней родни: «призван Ново-Сергиевским РВК, Чкаловской обл., Ново-Сергиевского р-на». Чкаловская область — это нынешняя Оренбургская. В Новосергиевском районе, с. Покровке родился и мой отец. Всего лишь на год младше рядового Василия Опимаха, и потому на фронт попасть не успел...
Вот еще чкаловские-оренбуржские из этого списка:
— погиб в бою 11.06.1942 г. сержант Опимах Илья Иосифович, 1922 г. р., с. Васильевка,
— пропал без вести в декабре 1941 г. рядовой Опимах Иван Федорович, 1919 г.р., пос. Ягодный.
Кто они мне — двоюродные, троюродные дядьки, деды? Надо покопаться.
Я сейчас старше самого старшего из погибших Опимахов.
Это горько.
Тихо их всех уважаю. Мужики — одно слово: надо было встать на защиту Родины — пошли.
Не хочу никого прощать — ни тех, кто убивал Опимахов, ни тех, кто деревенскими мужиками и пацанами, одев их в шинели и дав винтовки, затыкал бреши в своей высокой стратегии.
И сделать ничего не могу с этой горечью.
Только если раз в год, на 9 мая, помолчать в Минуту молчания.
И выпить 100 грамм за «вечную память».


Читать

19.04.2012

«Здравствуй, брат, писать очень трудно!»



Долго и очень ревниво искал у Дмитрия Быкова — поэта, прозаика, литературного критика, у одного из последних, кому еще верится — что-нибудь о Вениамине Каверине. Ну, не может быть такого, чтобы Быков да не отметил его творчество. Мне уже все равно стало: пусть хоть ругает (я потом все равно поспорю) или пусть напомнит пару неприглядных историй из биографии Каверина (я потом опровергну)... Потому что если Быков о Каверине ни слова не говорит — это печально: значит, и говорить не стоило.
...Нашел! Много, россыпью, предложениями, абзацами — есть, и всегда — уважительно, с пониманием уровня Каверина-писателя.
Из самого понравившегося — статья «Жить трудно, брат» о литературной группе «Серапионовы братья». Кстати, на фотографии (© Государственный литературный музей) вверху запечатлена одна из встреч «серапионов». Каверин  —  справа, стоит.   

«Ровно 90 лет назад — странно думать, сколько эпох вместили в себя эти 90, — собрались на первое свое заседание "Серапионовы братья", самая многообещающая и одаренная литературная группа послереволюционного Петербурга, в которой принято было выдуманное Фединым приветствие: "Здравствуй, брат, писать очень трудно". Все "серапионы", начиная со старшего, Федина, и кончая младшим, Кавериным, — стартовали мощно...»

Быкова пересказывать бесполезно, буду цитировать.

«Горько мне представлять их посмертную встречу — в нее отчего-то верится. У "серапионов" была строгая дисциплина: ради своих суббот они пренебрегали любыми делами; не может быть, чтобы, дождавшись в 1989 г. последнего, Каверина-Зильбера, они не сошлись невидимо в уцелевшем Доме искусств, в комнате Слонимского на втором этаже».

Представляете? Посмертная встреча писателей, и надо держать ответ за то, что сделал при жизни. «Серапионы» — это Лев Лунц, Илья Груздев, Михаил Зощенко, Вениамин Каверин, Николай Никитин, Михаил Слонимский, Виктор Шкловский, Владимир Познер, Елизавета Полонская, Константин Федин, Николай Тихонов, Всеволод Иванов.
У всех «серпионов», по Быкову — есть о чем жалеть и чего стыдится. Время было такое, понимаете...
И вот прибывает младший из «серпионов», но проживший дольше всех — Каверин.

«И только одному — младшему — не в чем было бы виниться: он берег память друга, пробивал его книгу, поддерживал травимых. Однако годы отказа от своего заветного... от сказочных новелл, от острого и тонкого письма - ради вынужденно советских эпопей, которые только и спасал "серапионовский" элемент авантюры... Он честно проработал в литературе почти семьдесят лет, но часто ли был равен себе?»

«Поддерживал травимых». О чем это Быков? Ну, немного есть в Википедии:
«В 1958 был едва ли не единственным крупным писателем старшего поколения, кто отказался участвовать в травле Бориса Пастернака в связи с публикацией на Западе его романа «Доктор Живаго» и присуждением ему Нобелевской премии. Подписал обращение в защиту Ю. Даниэля и А. Синявского. Подготовил для Четвертого съезда СП СССР (1967) речь «Насущные вопросы литературы», которую ему запретили зачитывать. В 1968 он в «Открытом письме» объявил о разрыве с К. Фединым, когда тот не допустил до читателя «Раковый корпус» Солженицына».

Дарственная надпись В.Каверина
на форзаце романа «Два капитана».
Книга хранится в городском музее
г. Полярного Мурманской области
«Честно проработал в литературе» — как хорошо, что Быков заметил это каверинское правило. «Часто ли был равен себе?» — ну, я ж и говорю, Быков — он может задать вопрос...

Сегодня, в день рождения Каверина, хочу предложить перечитать несколько его строк, пока нигде не опубликованных. Мне кажется, они перекликаются с тем, что о Каверине написал наш современник Дмитрий Быков. Он, как и Каверин, честен в своих статьях (представляете: в наше время — и честен!), потому мне и нравится его оценка.
Дарственная надпись на форзаце «Двух капитанов», которую Каверин сделал в Переделкино 6 января 1987 года.  Обращение писателя было адресовано школьникам, но, думаю, эти простое и ёмкое слово пригодится в жизни —  читателям всех возрастов:
«От души желаю [...] бережно хранить заветы отцов и дедов, выигравших самую грандиозную войну в истории человечества. Это значит:
1) быть мужественными, как бы это ни было трудно,
2) быть правдивыми, потому что правда — самое сильное оружие душевного благородства,
3) быть добрыми, потому что только поддерживая других, заслуживаешь высокое звание человека.
С надеждой и верой
В. Каверин»


Читать

02.04.2012

«Я живу на задворках великой страны», или Загадка Анатолия Полевого

Мне очень нравится дело, которым занимаюсь. И не в последнюю очередь тем, что дарит встречи с Поэтами. Эта большая буква — как дань уважения человеку, который нашел в себе силы вырваться из заколдованного круга бытия. Под заколдованным кругом подразумеваю повседневную жизнь, в которой нет места и времени для поисков ответов на вечные вопросы.
Да и кому задавать эти вопросы — сослуживцам? соседям? прохожим? Всё как у всех: служба, карьера, семья, дом. И еще — острая нужда Слова. Я представляю, как это мучительно неловко — в нынешнее время состоявшемуся человеку выйти на люди …с рукописью стихов.
Первая публикция стихов Анатолия Полевого случилась к его 60-летнему юбилею. Друзья, давно знавшие, что Анатолий «пишет», вдруг за какой-то год обнаружили: рядом ними — серьезный автор, и ему есть что сказать. Так и появилась в печати поэтическая подборка Анатолия Полевого на полную газетную страницу.

…Этот сборник получился неровным — есть строфы ученического характера, есть расхожие рифмы и сравнения. Но и есть блистательные образы, переливы настроения, замечательные метафоры.
Говорите, так можно о любом сборнике стихов сказать? Ну да. Что ж меня зацепило? Я это уже могу сформулировать, потому что долго пытался понять. Вот что — мужское ощущение Уходящего Времени. Мне кажется, это самое главное в стихах Полевого. Как он это сделал — загадка. Не буду выковыривать строчки и с умным видом их анализировать. Просто почитаю немного.

Не испытал, не осознал, не прожил —
Сплошные «не» и мало достижений.
Представишь всё — мороз бежит по коже,
Как перед неожиданным крушеньем.
Когда идёшь в толпе за чьим-то гробом,
Вдруг понимаешь поздно или рано:
Несётся поезд, за разъездом пропасть,
Нет силы дотянуться до стоп-крана.

Ну, это очень серьезно и грустно. Вот еще, из того, что понравилось. Всего два слова из военной терминологии — «прикрыть отход» — и перед глазами картина боя. Но ведь речь-то идет о поколении ветеранов!

Пока меня не обессилят раны,
Я остаюсь, чтобы прикрыть отход
Непобежденных жизнью ветеранов.

А вот из нежного, обращенного к любимому человеку:

Все значительные встречи
Превращаются в разлуки.
Как прекрасен этот вечер,
Эти краски, эти звуки.
Но осенний ветер скоро
Пролетит над площадями.
Дождь промочит серый город,
Парк вечерний с лебедями.

Все мимолетно, все уходяще, каждый счастливый миг — лишь страничка в твоем альбоме, который кто-то неумолимо листает, чем ближе к концу, тем быстрее.

...Долго перебирал в памяти: какая мелодия звучит, когда читаешь это стихотворение? Мне кажется, оно самое важное в сборнике. Уже и книга сверстана, и тираж в работе — и вот он, пришел ответ: Высоцкий, «Он вчера не вернулся из боя». Будете читать — вспомните ту мелодию. Здесь, в этом стихотворении всё — откровение и мудрость, предчувствие перемен и жуткое ощущение проклятого круговорота истории, предвидение и взгляд в прошлое, тоска и печаль.

Я живу на задворках великой страны,
Только снег пролетит, только туча зависнет.
Все бараки твои перенаселены
Грустью прошлых разлук и отправленных писем.

На паркетах роскошных старинных дворцов
Остаются следы уходящих столетий.
Нынче в небе закат необычно пунцов,
Словно спины людей, иссеченные плетью.

Налетающий ветер больших перемен
Раздувает угли затаённой обиды.
Рядом с тихой печалью обшарпанных стен
Громоздятся покои продажной Фемиды.

От проёмов любых, самых прочных дверей,
От разношенных тапочек, брошенных на пол,
Начинается путь до твоих лагерей,
Вместе с волчьей тоскою идущих этапов.

Добавлю, что сборник стихов Анатолия Полевого «Далекий свет в родном окне» выходит в серии «Первая книга поэта» с иллюстрациями А. Мееровича. Составитель сборника — поэт Вячеслав Черкасов, руководитель литературного объединения Северного флота «Полярное сияние».


Читать

04.03.2012

Тысяча очерков Игоря Дылёва

Еще одна хорошая новость, и опять с участием Игоря Дылёва. Привожу дословно сообщение, которое прислал секретарь Правления Мурманской организации Союза журналистов России Николай Бакшевников:
Среди сорока пяти лауреатов – наш человек Игорь Дылёв

Подведены итоги творческих конкурсов Союза журналистов России за 2011 год. В Москве – в Центральном доме журналиста и в Центре международной торговли ТТП России – прошли торжественные награждения победителей.
Среди сорока пяти лауреатов Николай Николаевич Дроздов – ученый-зоолог, доктор биологических наук, профессор МГУ, бессменный ведущий телепередачи «В мире животных» с 1977 года. Он стал лауреатом в номинации «Легенда российской журналистики».
В номинации «Золотое перо» звания лауреатов были удостоены заведующий бюро ИТАР-ТАСС в Токио Василий Головин – за цикл материалов о трагедии на Фукусиме и известный журналист, многие годы проработавший в «Комсомольской правде», «Советской России», «Известиях» и ИТАР-ТАСС Андрей Иллеш (посмертно) – за книги «Одинокий ловец на фоне быстрой реки» и «Записки безбилетника».
Дипломы лауреатов в номинации «Золотая полка российской журналистики» были вручены ведущему автомобильному журналисту страны Юрию Гейко (за книгу «Моя любовь – автомобиль»), журналисту и дипломату Борису Панкину (за книгу «Пылинки времени»), секретарю Союза журналистов РФ Павлу Гутионтову (за книгу «Каждый «Вторник» на том же месте», бывшему «известинцу» Альберту Плутнику (за трехтомник «Неразгаданные кроссворды») и другим.
В ряду этих прославленных имен прозвучало и «мурманское имя». Лауреатом в номинации «За профессиональное мастерство» стал главный редактор издающейся в Апатитах газеты «Дважды Два» Игорь Дылёв – за публицистические выступления в региональной печати. Многие из этих выступлений Игорь Николаевич собрал в книгу «Проснулся утром… «Подвалы» и все такое». Книга вышла в 2011 году в издательстве «Опимах».

Приятно читать. Особенно нравится такой список лауреатов: Николай Дроздов, Василий Головин, Игорь Дылёв... Когда я позвонил Игорю Николаевичу, чтоб поздравить, растроганный Дылёв признался: самое приятное — в формулировке «За профессиональное мастерство». Эх, старый журналюга, а ты сомневался?
Нужно пояснить, чтобы не сложилось впечатления, что свою награду Игорь Николаевич получил за книгу «Проснулся утром...» Премия — именно за публикации в газете. Газета «Дважды два» в прошлом году отпраздновала 20-летие. Только представьте: 20 лет, 52 номера в году, каждую неделю — «Подвал редактора», очерк, а то и не один... Это же больше тысячи авторских материалов получается!
А книга... В нее вошли немногие из материалов, причем, написанные в 1998-2004 гг. Это как бы «Избранное» ветерана мурманской журналистики. И что-то мне подсказывает, это только первый том из будущего трехтомника...

Команда газеты «Дважды Два». Слева — главный редактор Игорь Дылёв




Читать

«Почта России» : издатель Опимах — 1:1

Хочется начать, как начинают рассказывать одесские анекдоты: вы будете смеяться, но...
Но посылка с книгами, которая отправилась в Москву на конкурс и благополучно затерялась в почтовых сортировках, все-таки дошла до Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. О ее приключениях я рассказывал недавно.
Книги поступили на конкурс уже после того, как прием был завершен. Об этом я узнал, конечно, не от «Почты России» — пришлось несколько раз звонить в Москву, в оргкомитет. Здесь, правда, пообещали, что книги все-таки попадут на рассмотрение конкурсной комиссии — мало ли, вдруг шедевр какой из Мурманска пришел.
Один хороший результат во всей этой истории уже есть. Наши книги стали участниками VIII Всероссийского конкурса региональной и краеведческой литературы «Малая Родина». И значит, независимо от результата, они войдут в книжную экспозицию Национальной книжной выставки-ярмарки, которая пройдет в Москве с 14 по 19 марта 2012 года.
Напомню, о каких книгах идет речь: словарь Николая Кушкова «Поморский говор», книга-дневник Игоря Дылёва «Проснулся утром» и книга детских рассказов Виталия Маслова «Болят ли зубы у рыбы».
Для начала неплохо. А там посмотрим, куда нам еще съездить:)


Читать